РЕАКЦИЯ НА ПОЯВИВШИХСЯ НПЦ ВОР-СОКОЛ И ЛЕСНОЙ БАНДИТ.

Итачи заметил ихШаринганchakra(25) за мгновение до того, как они вышли на дорогу. Двое. Один — в тёмном плаще с нашивками какой-то гильдии, с уверенной осанкой и холодным взглядом. Второй — в потрёпанной одежде, с луком за спиной и ножом в руке, смотрел на караван с голодной усмешкой.

Итачи поднял руку, останавливая караван. Дайсукэ натянул поводья, возчики замерли. Только Итачи оставался спокойным, рассматривая противников. Первый, в плаще, явно имел опыт. Он ступал уверенно, без лишней суеты. Второй выглядел как типичный отщепенец — агрессивный, с пальцами, сжимающими рукоять ножа.

— Эй, караванщики, — хрипло бросил второй, сверкнув ножом. — Стоять! Все ценности на землю — и можете идти дальше.

Первый усмехнулся, не вынимая рук из карманов плаща. Он смотрел на Итачи, и в его взгляде читалась уверенность. Он знал техники огня и не сомневался в своих силах.

Итачи сделал шаг вперёд, отсекая себя от каравана:

— Уходите, пока есть возможность. голос Учихи был тихим но уверенным.

Второй бандит злобно оскалился и рванул вперёд с ножом. Итачи встретил его движение, не уклоняясь. Его рука скользнула к поясу, пальцы сомкнулись на рукояти короткого танто. В следующее мгновение клинок мелькнул в воздухе, перехватывая атаку. Итачи нанёс точный удар — не плашмя, а остриём — в шею разбойника. Тот захрипел, выронил нож и осел на землю, не издав ни звука.

Первый бандит, гильдеец, не успел вмешаться — он уже складывал печати техники, готовясь обрушить пламя на Итачи и караван. Его пальцы мелькнули в последнем знаке, но в тот же миг он встретился взглядом с Итачи. Шаринган полыхнул алым, и сознание гильдейца провалилось в бездну иллюзииГендзюцу: Шаринганchakra(30) 16. Он застыл с поднятыми руками, печати застыли. Мгновение — и Итачи сократил дистанцию. Танто бесшумно вошло под рёбра, точно в сердце. Гильдеец обмяк и упал, даже не поняв, что его убили.

Итачи вытер клинок о плащ первого бандита и убрал оружие в ножны. Он стоял над двумя телами, и лицо его оставалось бесстрастным. Возчики смотрели на него с ужасом, но никто не проронил ни слова. Итачи развернулся к каравану.

— Угроза устранена. Двигаемся дальше.

Дайсукэ молча кивнул и дёрнул поводья. Караван тронулся, оставляя два тела на пыльной дороге. Итачи занял своё место рядом с повозкой, и лес вскоре скрыл следы произошедшего. Никто не задал вопросов, и он не стал ничего объяснять. Задание было выполнено — караван шёл дальше, а угроза осталась позади навсегда.

Караван покинул деревню на рассвете, когда утренний туман ещё стелился по земле, скрывая очертания домов и приглушая шаги. Итачи шёл рядом с первой повозкой, держась на полшага позади Дайсукэ. Он не оглядывался. Деревня осталась за спиной, и теперь их окружал лес — сначала редкий, с широкими тропами, затем всё более густой и глухой.

Первые часы пути прошли в напряжённой тишине. Возчики переглядывались, но молчали. Лошади фыркали, телеги поскрипывали, а лес шумел — ровно, убаюкивающе, но именно этот покой казался тревожным.

Первым не выдержал Дайсукэ. Он сбавил шаг, поравнявшись с Итачи:

— Итачи-сан, ты уверен, что эта дорога безопасна? Я слышал, в прошлом месяце караван ограбили прямо на этом участке.

Итачи ответил не сразу, взглядом сканируяШаринганchakra(25) кроны деревьев.

— Уверенность — это иллюзия. Я не могу гарантировать отсутствие угрозы, но могу гарантировать, что встречу её, если она появится.

Дайсукэ нахмурился, но промолчал, ускорив лошадь.

Через час тропа сузилась, деревья сомкнулись плотнее, и свет стал пробиваться редкими лучами. Кэнта, ехавший на второй повозке, начал нервничать. Он часто оглядывался, вертел головой, вглядываясь в заросли. Наконец, не выдержав, он крикнул:

— Итачи-сан! А если на нас нападут, ты сможешь защитить всех? Их может быть много!

Итачи обернулся, взглянув на Кэнту спокойно, но с долей уверенности в глазах:

— Моя задача — защитить караван. Если нападут, действуйте по моим указаниям. Не паникуйте, не разбегайтесь. Всё остальное оставьте мне.

Кэнта сглотнул и замолчал, но напряжение с его лица не исчезло.

Ещё один возчик, пожилой мужчина по имени Горо, кашлянул и добавил:

— А оружие у тебя есть? Я вот вижу только кунай. Этого хватит?

Итачи продолжил идти, не сбавляя темпа.

— Хватит. Сила не всегда в количестве.

Горо хотел что-то ответить, но Дайсукэ перебил:

— Оставьте его. Он знает своё дело.

Спор утих, но Итачи чувствовал их страх. Он читал его в напряжённых позах, в коротких взглядах на лес, в дрожащих голосах. Он не осуждал их — они были гражданскими, их безопасность зависела от него. И он делал всё, чтобы дать им эту уверенность.

На привале Итачи занял позицию у дерева, откуда просматривалась поляна. Возчики сидели в кругу, переговариваясь шёпотом. Дайсукэ подошёл к Итачи:

— Они боятся. Я тоже боюсь, если честно. Но ты молчишь и не показываешь виду. Как тебе это удаётся?

Итачи взглянул на него, и в его глазах мелькнула тень мысли:

— Страх — это нормально. Но он не должен мешать действовать. Если я покажу, что боюсь, они потеряют надежду. Поэтому я держу лицо.

Дайсукэ кивнул и отошёл, но Итачи заметил — он стал держаться чуть увереннее.

Караван тронулся дальше, и тревога возчиков немного улеглась. Они всё ещё оглядывались, но уже не задавали вопросов. Итачи шёл рядом, отмечая каждую тень и каждый звук. Он знал, что его спокойствие передаётся им, а значит, в случае опасности они будут слушаться без паники.

Лес продолжал шуметь, но теперь Итачи слышал в нём не только угрозу, но и равнодушие природы. Она не была ни за, ни против — она просто была. И это помогало ему сохранять ясность.

Двигаясь по вентиляционной шахте, Итачи наконец добрался до работающего вентилятора — механизма, который поставлял свежий воздух с поверхности. Он бегло осмотрел конструкцию и заметил слабую точку в креплении центральной оси. Этого будет достаточно. Собрав чакру в ступнеКонтроль Чакрыchakra(10) , он нанёс резкий, выверенный удар. Механизм с гулом вылетел из гнезда, откатившись в сторону, и открыл пространство, достаточное для того, чтобы покинуть лабораторию.

— Наконец-то, — тихо произнёс Итачи, выбираясь наружу.

Он огляделсяШаринганchakra(25) . Ничего примечательного — только дымящийся вентилятор на земле да густая листва, покрывающая землю. Лес вокруг выглядел заброшенным: мшистые стволы, плотный подлесок, отсутствие следов присутствия людей. Это значило лишь одно — он может покинуть это гиблое место и доложить о результатах задания.

Итачи не стал медлить. Сконцентрировав чакру, он активировал технику быстрого перемещенияШуншинchakra(25) . Его фигура начала расплываться, растворяясь в ночной мгле, и в тот же миг стая чёрных ворон с громким криком взмыла в небо, разлетаясь в разные стороны. Там, где он стоял, не осталось ничего, кроме лёгкого колебания воздуха и догорающей искры чакры.

Итачи замер на мгновение, привыкая к темноте. ЗрениеШаринганchakra(25) Учиха позволяло видеть в условиях плохой освещённости лучше обычных людей, однако тьма в вентиляционном проходе была абсолютной. Он позволил чакре тонким потоком сконцентрироваться на слухе, используя хитрости эхолокации. Первым, что он услышал, был гул лопастей вентиляции, затем — стоны. Человека или монстра — знать Учиха не мог. Да и не хотел проверять. И наконец — тишина по правую руку.

«И как мне быть...» — мысли то и дело путались. Развилка всегда вызывала ступор, а здесь и вовсе сбивала частым и монотонным стоном недочеловека.

А ко всему хорошему, подсумок буквально засветился. Приоткрыв его, Итачи обнаружил странную дощечку с печатями. Да ещё какими — взрывными. «Но откуда?» — недоумевая, как это могло здесь оказаться, Учиха вспомнил трюк с гендзюцу и то, что он нашёл на трупе учёного.

— Значит, тогда.

Оглядев моргающее нечто, Итачи решил не рисковать. Печать явно реагировала на движение вглубь вентиляции, а значит, её стоило оставить на месте. Кто знает, что эта штука могла выкинуть ещё? А вдруг это вообще таймер, который вот-вот детонирует?

Вытащив дощечку из сумки максимально плавно и аккуратно, Итачи, резко используя инерцию, швырнул её ближе к выходу из зала — так, чтобы колбу с монстром не могло задеть на случай детонации. После этого он быстро начал подниматься по вентиляции в сторону звука винтов. Там, где воздух, значит, будет и выход на поверхность. Медлить нельзя. Пользуясь концентрацией чакры в ступняхКонтроль Чакрыchakra(5) на этот раз, Учиха начал взбираться наверх, стараясь максимально быстро покинуть область поражения.

Теперь же, оказавшись в вертикальном колодце, Итачи ощутил, как холодный воздух становится ощутимее, а гул вентиляторов — громче и ближе. Он действовал без колебаний, перебирая руками и ногами по металлическим скобам, оставленным здесь, видимо, для обслуживания системы. Каждое движение было выверено, дыхание ровное. Он не оглядывался назад — не потому, что не хотел, а потому, что это не имело смысла. Дощечка либо сработает, либо нет, но его задача сейчас — выйти на уровень, где можно будет оценить обстановку заново.

Продвигаясь вперёд с зажатым в руке танто, Итачи вновь мысленно перебрал обрывки документов, словно складывая мозаику из чужих безумств. Информации оказалось достаточно, чтобы картина обрела пугающие очертания. Главное открытие было невыносимо простым: здесь, в этих холодных стенах, замуровали не просто ошибку — здесь похоронили зло, порождённое человеческой самонадеянностью. «Харамару». Это имя врезалось в сознание раскалённым клеймом, и Итачи невольно сжал пальцы — руки будто обожгло, хотя вокруг царил холод. Не температура заставила кровь застыть в жилах. Осознание того, как далеко могут зайти люди в своей одержимости, как легко они преступают грань между поиском знания и созданием чудовищ, — вот что вызвало у него глухое, тягучее омерзение.

— Безрассудство, — выдохнул он почти беззвучно, и это слово повисло в воздухе тяжелее любого проклятия.

Наконец добравшись до вентиляционной решётки, Итачи бегло осмотрел её — никаких следов ловушек, никаких печатей, только ржавый металл и въевшийся иней. Люк поддался на удивление легко, будто его и не запирали всерьёз. Учиха сделал шаг внутрь, чувствуя, как каждый нерв требует немедленного ухода. Оставаться в этом склепе, где прямо перед ним спал неудавшийся монстр, было равносильно добровольной смерти. Одно лишь гендзюцу, которое Итачи успел ощутить ранее, говорило о чудовищной мощи Харамару — существа, способного искажать реальность одной только волей.

«Нужно выбираться от сюда немедленно.», — промелькнуло в голове чётко.

Но в тот миг, когда Итачи уже почти нырнул в вентиляционный проход, из-за массивной двери, помеченной кандзи «Огонь», донёсся приглушённый стон. За ним последовал сбивчивый, молящий шёпот — голос, срывающийся от боли и страха. Итачи замер на мгновение. Его ШаринганШаринганchakra(25) подтверждал: за дверью действительно теплилась чакра — слабая, изломанная, почти угасающая. Человек. Живой человек, возможно, брошенный сюда как «расходный материал» для поддержания печатей и сдерживания Харамару.

И всё же Итачи не двинулся с места. Его пальцы сжали танто чуть крепче, а взгляд остался холодным и просчитывающим. Слишком много неизвестного. В документах не говорилось, кто именно заперт за дверью, и где гарантия, что этот жалобный голос — не ещё одна химера, наученная имитировать человека. Он не мог позволить себе рисковать миссией и собственной жизнью ради призрачной надежды. Шиноби всегда действует по приоритетам: сначала выполнение задания, потом спасение, и только в самую последнюю очередь — сомнения.

Итачи перешагнул через собственное желание помочь, подавил его ледяной дисциплиной и скользнул в вентиляцию. Стоны за спиной стихли, заглушённые металлическим эхом вентиляционных труб. Он знал: если этот человек действительно существует, если он не обман и не ловушка, то главная помощь ему сейчас — как можно быстрее покинуть лабораторию и вернуться с подкреплением. А иначе они оба останутся здесь навсегда.

Итачи стоял ещё некоторое время, пока из-под его ног не пропала опора — хитроумная ловушка сработала. Каменные порожки буквально исчезли, а за ними показалась гладкая, скользящая горка, ведущая обратно в низины комплекса. Учиху такой расклад застал врасплох. Дыхание сбилось, а сердце сжалось от осознания — его водили по кругу. Всё, что раньше он видел, оказалось лишь иллюзией. Тонкой, искусной, почти незаметной. Она искажала суть структуры лаборатории, скрывая истинные размеры комплекса и его настоящий облик.

И вот, летя по скользящей поверхности вниз, Итачи с трудом держал равновесие, удерживая себя на ногах. Попутно замечая своим ШаринганомШаринганchakra(25) препятствие, похожее на повреждённые металлические штыри. Преодолеть их не составило труда — глаза и физические навыки парня сделали своё дело, позволив вовремя заметить и перепрыгнуть препятствие без травм.

Скатившись наконец вниз, Итачи обнаружил настоящий облик комплекса. Чудовищно длинное помещение. Сводчатый потолок терялся где-то в темноте, уходящей далеко вперёд. В самом конце зала, словно паук в центре своей паутины, возвышалась крупная колба. Массивная, тёмная, с четырьмя толстыми трубами, отходящими от неё в разные стороны — они врезались в стены, уходя глубже в недра комплекса.

«Поразительно, насколько всё изменилось», — констатируя факты, Учиха продолжал всматриваться. По всему помещению были разбросаны бумаги, хирургические столы, перегородки. Это наталкивало парня на мысль о том, что здесь точно кто-то занимался изысканиями. Понимая, что ранее он уже это делал,Итачи постарался найти уликиБрошено 1d20
Выпало: 14
Сумма: 14 Двигался он аккуратно, стараясь ничего не задевать и не тревожить, понимая, что является нежданным гостем для всего этого помещения.

Собрав достаточно информации на его взгляд, Итачи продолжал изучать комнатуБрошено 1d20
Выпало: 12
Сумма: 12. Теперь его внимание было приковано к колбе и её внешнему виду. Ранее подобной структуры он не встречал. А ещё на глаза попались две странные двери с замёрзшими рычагами. Правда, один из них явно использовался, так как корки инея на нём не было. Итачи сразу заметил этот факт и принял его к сведению, продолжая собирать картину воедино.

Пройдя осторожно чуть вперёд, сближаясь с колбой, дверьми и люком, Учиха постарался проанализировать шлангиБрошено 1d6
Выпало: 5
Сумма: 5, подводящие к колбе, и то, что по ним текло, пользуясь доудзюцу.

«Скорее всего, это та самая чакра, что я видел в стенах. А значит, то, что внутри, само собой является причиной всего безобразия вокруг».

Сказать, что мысль его не напрягла, — ничего не сказать. Учиха плавно схватился за рукоять танто, готовясь ко всему. Аккуратно сближаясь с источником фона чакры, он заодно осматривал люк вентиляцииБрошено 1d20
Выпало: 18
Сумма: 18, выискивая пути к отступлению или проход на следующий уровень.