Девушка напротив отозвалась на скудную болтовню острозубого безмолвием, отчего по телу промчался ледяной водопад разочарования перед очередной безнадежной попыткой растопить лед в этом разговоре. Ах, будь рядом Суйгецу, разговоры текли бы нескончаемой полноводной рекой, в отличие от тонущего в тишине диалога. Мангецу мог говорить только об убийствах и крови, что поперек горла встало ему комом, возникшая на долю секунды тишина, душила Хозуки словно удавка.

И вот, восседающая напротив "статуя" нарушила молчание, обратив свой королевский взгляд в сторону острозубого. Каратачи нежно одарила его приятным на слух голосом, наполняя бездушную чащу новыми красками. Слова, сорвавшиеся с её губ диссонировали с её хрупкой и утонченной красотой, отчего внутри все сново предательски сжалось в попытке защититься от нападок. 

- Я ненавижу слабаков, - зазвучал острозубый, - Я уверен и те с кем билась ты, также слабаки, - лукавил филкоглазый, провоцируя нарастающий конфликт, - Впрочем, ты не похожа на других болтающих о силе сопляках. О каких именно приключениях ты говоришь? - задал вопрос острозубый, скрестив у груди свои тоненькие белоснежные руки, продолжая сканировать сидящую напротив. Абсолютная противоположность, она точно не из клана Хозуки. Напротив, в её самоуверенном взгляде прослеживался маленький ребенок, что только-только взошел на путь шиноби из Киригакуре но Сато. Она не понимала о чем говорила, пролив кровь единожды, очень сложно остановиться. Запах крови словно витал в воздухе, напоминая острозубому о неутолимой жажде пролить её, возникший демон заменял ему отца и мать постоянно потакая человеческим порокам. Даже сейчас, в его фиалковых глазах мелькали образы убитых.