Его алыеШаринганchakra(20) непринужденно опустились на свиток, как только тот показал себя, соприкоснувшись со столом в подконтрольной его воле руке. В нем до конца не было уверенности, что суть миссии предоставит необходимые условия, при которых Кабуто и Карин смогут проявить весь свой потенциал. Но, осторожно развернув пергамент и наскоро пробежавшись глазами по его чернильным начертаниям, Саске тихо хмыкнул в явном удовлетворении. 

Поставленная задача предполагала поиск и арест беглеца. В первом случае Карин могла бы проявить себя благодаря способности чувствовать чакру, а во втором — Саске предоставляется возможность проанализировать навыки Кабуто в ближнем бою, о коих пока ничего не было известно. Миссия несла высокий ранг и, должно быть, на этот раз отведенная ей буква всецело отражала все риски. Конфронтация была наиболее вероятна, учитывая, что беглец оставил своим побегом след из крови и чужих оборванных жизней. В любом из случаев брюнет был в явном плюсе, поскольку теперь у него были все шансы оценить, стоит ли сила этих двоих того, чтобы тратить на них время.

Его веки наконец медленно сомкнулись, а пальцы меж тем неторопливо свернули макимоно и переместили его в поясной подсумок. Уже вновь почерневшими глазами Саске бросил короткий взгляд на Киеми и молча развернулся к выходу, стремясь покинуть кабинет.

Он так и не взглянул в сторону старшего брата, намеренно игнорируя его присутствие, невзирая на незыблемое желание подойти, кое только раздражало разум и сердце. Зов из детства, как и всегда, содрогал его мысли приятным теплом, когда Итачи был рядом. Теплом уже ему ненужным.

Уже в коридоре, обратив внимание на легкие проблески волнения в словах одного из сокомандников, Учиха скользнул в его сторону типичным холодом в глазах, а после вновь уставился вперед, так и не дрогнув шагом.

— Все зависит от твоей силы, Кабуто. — фраза с особым спокойствием сорвалась с его уст, будто ничего не произошло, — Остальное не должно тебя волновать. 

Реакция на выходку с шаринганом тоже могла многое сказать об этих двоих: Карин отозвалась лишь податливым молчанием, Кабуто же — беспокойством за собственную шкуру. Но ни один не обратил внимания на нарушение правил, надиктованных верхушкой деревни. Судя по всему, никто из них не был поражен болезнью, кою называют «Волей Огня». Они были обделены духовным наследием и идеологией деревни, а значит их намерения не дрогнут, когда настанет момент.

Его бледноватая рука неторопко заползает в подсумок, вынимает свиток, и он, не глядя, протягивает его Кабуто, делая ставку на его проницательность и аналитический склад ума.

— Наша цель — нукенин Конохи, сбежавший с запретной техникой. Кабуто... Скажи, известно ли тебе что-то о технике «химеризации»? — бесцветный голос звучит с его стороны, пока безразличный взгляд скользит по полумраку коридора к свету в его выходе.

Кабуто стоял сзади подле Карин, так что очевидно также не мог видеть ни смену цвета глаз, ни томое в радужке. Он прочувствовал лёгкие изменения в расстановке сил, услышал первые слова вылетевшие из уст Киёми, улыбнулся. 

"Хе... Так вот почему он нас о чём-то предупреждал... Хитро... Если тебе не дают достойную работу, то надо просто взять и делать... Не скажу, что я уверен в собственных силах - рациональный анализ показывает, что я достаточно слаб, что бы умереть на подобном поручении... Но попытка - не пытка, и способность выживать - всё же один из самых главных навыков шиноби, чего конечно же не обучают в детском доме, возле тех, кто умеет лишь лечить..." 

Вздохнув, парень начал перечислять у себя в голове навыки, что могли бы пригодится в бою. По факту - таких был минимум. У него даже снаряжения нужного с собой не было. Зато он умел исцелять ранения, да и за себя постоять тоже мог - без каких либо проблем, не полагаясь на побочных лекарей у себя на подхвате. 

"Навыки Карин мне до конца не известны - актуальных данных у меня нет. Она также лекарь, как и я, но её лечебные функции заключаются в другом. К тому же - они травматичны, она может довести себя до изнемождения, если перестарается. Сенсорика - мне неизвестны принципы работы той её техники, которую я засвидетельствовал годами ранее. Но он также отличается от обычной сенсорики - в любом случае, по логике. Если у неё есть боевые техники - я о них ничего не знаю. Саске. Шаринган - достойное подспорье, но учитывая то, что я ничего не слышал о его подвигах, и в том числе он не был отмечен какими-то наградами, уверен, что уровень сил Саске где-то соответствует стандартному Учиха. Мы с таким справимся? Хм..." - на этом потоке мыслей его губы чуть шире искривились. 

- Значит, собираемся, - подтвердил Кабуто молчаливое согласие Карин, и уже в коридоре из его уст вырвалось продолжение: - Думаю, ты понимаешь, что подобные выходки ничем хорошим могут не закончиться. Но - в любом случае, я буду делать вид, что ничего не понял. Сим вверяю себя в твои руки. 

Обращался он, конечно же, к Саске, и говорил совершенно иным, не тем саркастичным и колким, тоном, но тембром, что соответствовал ситуации. 

И вот она снова здесь, скромно входя в кабинет и уже находясь у стола рядом с Киёми, та тихо отрапортовала и отдала свиток с поручением. И вот ожидая своей награды, шатенка косо поглядела на доску с поручениями, примерно понимая что там мало что могло измениться. Посему, осмелилась попросить выдать ей что-то из более срочного и не такого посредственного, как к примеру предоставлялось в общее использования, а именно на доске.

Ей не нужно было повторять дважды, на удивлении Узумаки становилась крайне послушной, когда Саске так властно отдавал приказы. Казалось бы, ей такое даже нравилось, а по ее выражению лица в данные моменты, можно было читать открытый экстаз. Но весь этот кайф разбавлялся другим моментом, то что Учиха решился сделать. Так как она стояла за его спиной, конечно тут стоило бы отметить то, как она тащилась по этой спине, но мы же не об этом сейчас? В общем, Карин не могла видеть красный огонек в его глазах, однако Киёми, ее недовольный взгляд и резкая перемена.. Красноволосая сразу смекнула, что означал этот потерянный и бездушный взгляд, та себя не контролировала. 

Саске..

На ее лице отобразилось сомнение в его действиях, но это практически сразу же исчезло. Не то что бы Узумаки была ужасной патриоткой своего села, начнем с того что рождена она была далеко даже не тут. А закончим тем, что Карин не сильно была правильной особой. Однако, та понимала что из-за этого могут быть проблемы, и весьма даже большие. Конечно же красноволосой все было не почем ради любви, она вполне даже могла взять на себя всю вину. Вот только понимала, некое последствие, к примеру что она просто станет одной из тех дурех, коими попользовались и выбросили.. Но Карин хотела иного, стремилась к чему-то большему, пусть и понимала в глубине своей мрачной души, что не сможет. 

Не думаю что стоит об этом думать, Саске скорее всего знает что делает.. Я лишь должна за ним беспрекословно следовать.

Дождавшись когда лидер их команды тронется с места, девушка поспешила засеменить за ним. С Кабуто же она решила пока не спорить, все таки в такие моменты, когда серьезностью была пропитана вся их атмосфера, та старалась вести себя тихо и весьма спокойно. 

И вот она наконец таки добралась до нужного кабинета. Кажется хозяин обезьянки должен был ожидать где-то тут, ну или ей нужно сдать животное и получить свою награду. Что собственно она и сделала, получив награду, шатенка вновь подошла к доске с объявлениями. На этот раз та изучала ее более внимательнее, после чего выбрав себе такую, поспешила удалиться.

И вот наконец долгожданный кабинет, она заходит тихо, скромно приоткрывая дверь. Кажется тут были люди, и они вроде как заняты, собственно, ей до этого дела не было. Хотя поздороваться нужно ведь, но и мешать как-то не очень хотелось. Доска с прошениями, вот что ее сейчас больше всего интересовало. Собственно, выбрав несколько, та позаимствовала лишь одно. И так же тихо вышла из кабинета. 

Преодолевая полусвет глубокого коридора, он неизменно смотрел вперед, намеренно не замечая пустоту перед собой, которая из-за плохого освещения казалась неестественно бесконечной. Брюнет пропускал мимо ушей всякие слова, кои явно предназначались не его ушам. Но, в коих он так или иначе занимал свое главное место и до коих ему не было никакого дела. Должно быть, попытки уколоть друг друга были для этих двоих вечным пристрастием. И вряд ли суть этих вещей изменится, даже если вычеркнуть его присутствие. Впрочем, его глаза давно закрылись для всего, что не касалось целей, настойчиво искрящих в темноте. 

Перешагнув порог тихим шагом, не обременяя себя приветствием или же проявлением других знаков вежливости, чтобы обозначить собственное появление, Саске внезапно замер. Его взгляд невзначай натыкается на двуцветный символ на спине одной из фигур, заполонивших просторы кабинета. Фигуры более чем знакомой, воплощенной его родственной кровью. Старший брат высился впереди — человек, один из немногих, если не единственный, кто до сих пор занимал значимое место в его сердце слабыми отголосками любви, почитания и уважения. На эти чувства глаза не закрыть. Воплощение крови, коим он не стал бы пачкать свои руки, даже если безжалостный случай того потребует. По крайней мере, сейчас, и до той поры, когда мотивы Итачи не станут для него зримой истиной. Старший Учиха выступал в его душе слишком надоедливой занозой, навеянной теплыми воспоминаниями из невинного детства. По той причине мысли могут не сыскать необходимых сил, чтобы двинуть рукой в нужный момент. 

Его глаза, заметно сверкнувшие удивлением и слабой обидой, идущей следом, уже давно не видели лица Итачи, его добродушной улыбки, а учтивый тон его звучного голоса уже безвозвратно затерялся в памяти, и брюнет не желал это менять. 

Неспешно соскользнув с фигуры в черных одеждах, его вновь охладевший взгляд переходит куда-то в сторону — на одного из служителей воли Хокаге, что восседал за столом в отдалении от столпотворения жаждущих заданий.

— Не вмешивайтесь. — с явным и непоколебимым требованием наконец произносит Учиха, отвечая на слова Кабуто, что прозвучали секунды назад, — Мне нет дела до вашей вражды, — правда прямолинейная, грубая, бесцеремонная, но он не видел смыслов сглаживать ее словом или интонацией, — Но не привлекайте внимание, пока мы здесь. — с этими словами брюнет двинулся с места.

Он сближается с распорядителем, непринужденно оборвав тихий шаг аккурат возле его стола. Апатия черных бегло проскальзывает по бумагам, прежде чем закрепиться на каштановолосой голове мужчины, который был увлечен своими делами настолько, что даже не заметил чужого присутствия. Саске несколько секунд бесстрастно наблюдает как тот суетливо ощупывает бланки в поисках, а после все же привлекает его внимание своим голосом.

— Эй... — едва слышимый и холодный призыв, несущий в себе цель привлечь взгляд и встретить его своим, заалевшимШаринганchakra(25) , настойчиво слетает с губ брюнета.

Глаза мужчины, поднявшись на источник звука, сразу же встречаются с витиеватым узором в чужих очах, а за ними — с надиктованной навязчивой мыслью, коя сразу же ложится в его сознание требованиемНе владеет этой способностью. Как и в разум всякого, кто посмеет в них взглянуть. Кабуто и Карин были защищены от иллюзий, поскольку убивать реальность мыслей в их головах не было ни доли смысла.

Взгляд, поднявшись, встретившись с дурманом в алых огнях, словно по щелчку перестал блестеть всякой эмоцией, а черты лица его хозяина вмиг обмякли, избавившись от любого из чувств, которые могли на нем быть. 

Ставший апатичный ко всему, распорядитель резко откинул бумаги, обретя важную мысль, что первостепенно обязан выдать миссию ничем не выделяющейся троице. Невзирая на скудный послужной список просителей, мужчина нашел в себе согласие предоставить задание B-ранга. Он не запомнит лицо ни одного из них, как только те покинут кабинет, но вспомнит вновь, когда снова с ними встретится.

И вот по прибытию на место уважаемого лидера этого сборища странных индивидов, среди которых числилось аж целых три масти, от ярко-красного цвета гривы до пепелястой седины (на самом деле - нет), между которыми где-то задвинулась чёрная прядь - Кабуто оживился, направился за Карин прямо внутрь помещений слушая её постоянные причитания. 

- Ты как обычно - пытаешься натянуть сову на модельку луны, Карин. Если бы я состоял в фанклубе Саске, примерно как ты, - он говорил это без стеснения прямо при присутствии самого Саске рядом изоблачая таким образом чувства девушки, - то мне бы не составило труда занять нужное место подле твоего дражайшего объекта обожания, подруга. 

Понимая, что подобные язвительные речи могут разгорячить пламя ревности и ненависти внутри девушки, Кабуто приготовился сразу же встретить яростную атаку оной, к примеру ожидая, что она сейчас заедет ему в морду кулаком, или же попытается отдубасить сапожком на ноге прямо под дых. Он уже так привык к её припадкам яростной ненависти, что краем глаза, сквозь очки следил за ней, но знал, что в присутствии Саске она попытается показаться милой, до глубины самой души, с нотками огонька, готовая хоть в жерло вулкана кинуться ради того, что бы угодить этому Учиха. 

- А что же может пойти не так? Мы же просто идём за поручением, Саске, - пожал плечами Кабуто когда они уже дошли до кабинета, постучали и переступили порог помещения.

Кабуто глазами поводил со стороны в сторону, нашёл за столом сидящую девушку, но решил предоставить всю инициативу черноволосому представителю славного рода Учиха, пока сам состроил легкомысленную мину, поглядывал куда-то в сторону и поправил очки жестом правой руки. 

"Не имею ни малейшего представления, почему его заинтересовал я. С Карин - всё очевидно. Она имеет специфическое телосложение, врождённые навыки, к которым нет предрасположенности у таких, как я. К тому же - я уверен, что посреди всей многочисленной компании его почитателей, Саске находит Карин весьма занимательной, и думаю её одержимость им своего рода выбивается из ряда вон, чем то и дело привлекает внимание. Я бы даже сказал, что она может получить свою долю признательности за счёт своего таланта, если Саске действительно настолько прагматичный, каким хочет показаться, в чём я сомневаюсь. Ну, а что же я? Интересно было бы услышать его мнение, но, думаю, сейчас не время..."